"Весна пришла на улицы волшебного города Глухого. Сошел снег да лед с улиц, и обыватели увидели, что ям на дорогах гораздо больше, чем асфальта. Гробят горожане в ямах отечественные тазы-самоходы, ломают ноги импортным скакунам и сказочно матерятся…

Классик сказал, что у города Глухого две беды - чиновники и дороги. С тех пор с чиновниками ситуация сильно улучшилась: некоторых из них даже стали выбирать… Демократия, йокарный бабай, это вам не крепостной строй. Так что пенять теперь, кроме себя, больше не на кого. Но если с чиновниками все стало гораздо лучше, то с дорогами так же глухо.

Поездили губернские власти по ямочным дорогам, поняли, что от городских чиновников ждать, в общем-то, нечего, и решили основные ямы… то есть дороги, привести в божеский вид за счет губернских денег. Подумали, прикинули и решили Марковское шоссе реконструировать, Старо-Лесную, да Лунную обновить и количество рядов увеличить, Старо-Базарной и Диктаторской заняться, ну и так далее, и тому подобное.

Вызвал губернский голова Титан Костев к себе областного министра дорог, ям и прочей всякой такой ерунды Париса Бодалина и говорит ему: «Ступай к нашему новому городскому голове Архиву Архивову, все эти позиции обсуди перспективные, да без хороших вестей обратно не вертайся». Понурил Парис свою буйную головушку, потому что сразу смекнул, что дело глухое и тухлое. Но пошел к Архиву, ибо поручения губернатора нужно исполнять.

Пришел Парис с губернаторским поручением в городской дворец, входит в пыльные серые хоромы подбоченясь, чтоб вид иметь бравый, и говорит городскому голове Архиву Архивову: «Отдайте нам дороги Глухого. Хотя бы основные отдайте. Все равно денег у вас как не было, так и не будет. Только звон один слышно, а денег почему-то не видно. А по ямам нам всем ездить уже мочи нету никакой. Так что отдайте нам эти ямы по-хорошему, пока разозлившиеся обыватели вас в них не втоптали на фик».

Послушал городской голова такие речи обидные, покачал головой, чтобы думки лучше думались, для верности почесал лоб руками заскорузлыми, в бумажной работе намозоленными, и хитро так отвечает: «Да забирайте эти самые дороги, а точнее, ямы неладные. И делайте с ними все что хотите. Раз губернатор просит, то и отдадим вам все это хозяйство без разговоров лишних. Как говорил наш великий рабоче-крестьянский писатель Михаил Шолохов, «для хорошего человека говна не жалко». Но вот есть одна закавыка небольшая. Совсем такая ерундовая закавыка…»

И тут Архив прищурился и хитро так смотрит на Париса. «Это ж какая такая закавыка может быть в таком простом деле?» - удивился Парис.

Рассмеялся Архив: «А вот видишь ли, друг любезный, паспортов на наши дороги нету. А такие сурьезные бумаги оформить - это тебе не два пальца обосс… эээ… облизать. Ведь дорога - это не только ямы с небольшими участками асфальта. Это еще и бордюры, и газоны, короче, вся эта приямочная территория. Все это надо померить, нарисовать и в бумажки, значит, точнехонько занести. И проблем нет никаких с этим, одна только загвоздка маленькая - деньги нужны. И денег совсем немного - каких-то 160 миллионов «деревянных» понадобится. Так что несите денежки. А как принесете, имейте в виду: работа эта не быстрая, да и зачем суетиться-то слишком. За годок, так и быть, управимся. Сделаем для вас бумажки».

Закручинился Парис, понял, что с Архива дороги быстро стрясти - все равно что с липы груш насобирать. А за год ямы дорожные в пещеры превратятся, да и через год не отдаст их город, а сам их делать по-хорошему так и не будет.

Задумался Парис, под ноги не посмотрел да и упал в ямку дорожную, скрылся в ней с головой. Так и сидит там с тех пор, подмоги ждет…»

Валерий РЖЕВСКИЙ
Время. События. Мнения. Тенденции