Ежегодно на Самарском железнодорожном вокзале задерживают около 3000 беспризорников. За год число подростков, употребляющих алкоголь, выросло в два раза.
 
Когда-то давно революция, гражданская война, голод и эпидемии вышвырнули на улицы тысячи сирот, чьи родители погибли или разбрелись по необъятной стране. Со временем среди беспризорников становилось все больше тех, кто ушел из дома сам. Убегали от плохого обращения, побоев, пьянства и много от чего другого. Они создали свою мораль, идеологию, законы и заявили о себе во весь голос в середине тридцатых и в послевоенные годы прошлого века. В целом всех беспризорников можно было бы разделить на две большие категории: сироты и полупризорные дети. Соотношение этих категорий постоянно менялось в пользу последних, и теперь "полупризорные" дети из неблагополучных семей составляют большинство. Выяснять, как живут современные беспризорники, корреспондент «СИ» отправилась в отделение по делам несовершеннолетних линейного УВД на транспорте. Здесь оказываются самостоятельные малолетние путешественники, потерявшиеся или просто слоняющиеся по железнодорожному вокзалу дети. Ежедневно к инспекторам ОДН попадают около 20 безнадзорных, а за год через учреждение проходит почти три тысячи таких детей.
 
Интерьер без изысков: письменные столы для сотрудников, шкафы и лавка, на которой задержанные дети «пересиживают» положенные три часа (за это время инспекторы пытаются выяснить, по какой причине ребенок оказался на улице и что успел натворить). Кстати, беседа с безнадзорной ребятней - это тема отдельного романа: большинство детей виртуозно владеют искусством вранья. Менее опытные сбиваются, меняют версии, путают события, «забывают», как их зовут. Как правило, первая реакция на «человека в погонах» - испуг, на смену которому приходит наглое поведение. Кое-кто даже норовит ударить милиционеров. Так, один 13-летний мальчик однажды схватил ту самую лавку, на которую его усадили.
 
Еще одна группа задержанных - «странники». Некоторые из них просто ищут свободы и жаждут посмотреть мир, пересаживаясь из поезда в поезд, а часть следует во вполне определенном направлении. Например, две 15-летние девочки из Челябинска ехали в Адлер, стащив у родителей 13 тысяч рублей. До Самары дети умудрились потратить большую часть сбережений, и на вопрос милиционеров, как они собирались отдыхать без денег, отвечали четко: «Не пропадем - пойдем работать в массажный салон». В этом случае беда миновала (за детьми сразу прилетели родители), но ребят, торгующих собственным телом, на местном вокзале достаточно. Этим занимаются, как мальчики, так и девочки, начиная с 10 лет.
 
Другие бегут из интернатов и детских домов, а правоохранителям рассказывают, что их там обижают и бьют (кое у кого действительно есть следы от побоев). Такая же причина и у отпрысков неблагополучных семей. В поисках пропитания и развлечений они грабят прохожих, избивают сверстников. А еще они курят, токсикоманят и употребляют алкоголь. Причем, количество подростков, задержанных в состоянии алкогольного опьянения, в этом году выросло вдвое. К примеру, недавно сотрудники СУВДТ обратили внимание на мальчика, мирно потягивающего пиво из «баклашки». Ребенок честно признался, что пенный напиток ему купил папа. Родитель не возражал: по его мнению пиво - совершенно безобидный напиток. Теперь судьям предстоит разобраться, стоит ли сыну продолжать общение с отцом.
 
По словам начальника ОДН Аллы Некипеловой, есть и те, кого милиционерам искренне жалко. Это потерявшиеся малыши, которые с испугу нередко забывают, как их зовут. Девочку Катю нашли на вокзале. Она не помнила, ни где живет, ни кто ее родители, что-то лепетала про бабушку. Малышку передали в областной социальный приют «Надежда» (именно туда попадают дети из ОДН). А спустя две недели объявился отчим ребенка, утверждавший, что Катя потерялась … два часа назад. Как выяснилось, у Катиной мамы родился еще один, четвертый ребенок. Пока праздновали его появление, девочка вышла из дома и заблудилась. Еще у малышки есть старшие брат и сестра. Вот только недавно маму лишили родительских прав, и поэтому первенцы живут отдельно.
 
В приюте «Надежда» всего 50 мест. Там дети дожидаются родителей или директоров учреждений, из которых они сбежали. Здесь уютно, тепло и сытно - поэтому многие беспризорники добровольно «сдаются», чтобы опять попасть в «Надежду». Но, как рассказывает заместитель директора Марина Коценко, есть и большие проблемы. Дело в том, что единственный изолятор временного содержания находится в Сызрани. И поэтому малолетние преступники с неординарным поведением находятся в обычных условиях. Отсюда побеги с разбиванием стекол, агрессия по отношению к нормальным детям и сотрудникам.
 
Хотя обычно в «Надежде» дети проводят не больше месяца, есть те, кто задерживается здесь на несколько лет: мальчик Костя из Модавии, которого «потерял» папа, прожил в приюте три года. Сейчас у него есть паспорт, полис и гражданство, и он переехал в детский дом.
 
А еще все дети очень любят маму, даже если она их бросила или пьет. Они едут «к мамам» через всю область и всегда их оправдывают: «ама болеет, но скоро выздоровеет и все у нас будет хорошо».

Кристина КАСАБОВА