Александр ФЕТИСОВ: «Думаю, что партийная система в России пока далеко не идеальна»

- На самом деле работа регионального штаба была такой же напряженной, как и в других регионах. Сложность заключалась   наследии,   оставшемся еще после выборов мэра. Но на последних выборах нам удалось в сознании людей переломить эту ситуацию и избавиться от негатива, который нас преследовал в связи с фигурой Георгия Лиманского, а также пресечь вал «черного пиара». Кроме того, мы испытали самое большое сопротивление со стороны оппонентов. Прежде всего, со стороны «Справедливой России» и КПРФ. У них были наиболее хорошо организованы и финансово обеспечены кампании именно в Самарской области. Самарский мэр - лидер местных «эсеров», и, естественно, включался определенный ресурс, плюс у них еще сохранялся электорат с прошлой кампании, который, правда, в последнее время тает.

- Многие эксперты отметили, что кампания по выборам депутатов Госдумы проходила относительно спокойно, без обилия «черного пиара», однако в Самаре такие факты все же были отмечены. Нужно ли с этим бороться?

- Действительно, в ходе предвыборной борьбы технологи из штабов некоторых оппонентов пытались различными способами нанести удар и по губернатору, и по «Единой России». Но мы осознанно и принципиально не реагировали на подобные выпады. Думаю, что избиратель сам во всем разобрался. А эти технологии пусть останутся на совести тех, кто их применял. Я также уверен, что если «черный пиар» нарушает нормы закона, то в дело должны включаться правоохранительные органы. Избирательный процесс должен быть честным. Гораздо хуже, в том числе и с применением «черного пиара», кстати, шла кампания в больших городах с высоким уровнем жизни. Ведь хуже нашего результат был в Москве, Санкт-Петербурге - отчасти потому, что люди, чей уровень жизни высок, предъявляют и более высокие требования к властям. Это выливается в протестное голосование против действующей власти.

- На ваш взгляд, нормальна ли ситуация, когда одна партия в парламенте имеет более 60%, а все остальные политические силы вместе взятые, по сути, уже никакой роли при принятии решения не играют?

- Сегодня можно слышать мнение,   что   «Единая   Россия» - это та же партия, что и КПСС, что реальные ориентиры могут быть потеряны, но ведь другие партии все-таки попали в Думу, а значит, и монополизма одной политической силы у нас не будет. Проблема в том, что большинство существующих сегодня партий не способны что-то делать и реализовывать какие-либо проекты. Взять ту же КПРФ: в основном они ограничиваются лозунгами. Причем когда начинаешь общаться с местными коммунистами, то понимаешь, что они далеки от идеологии марксизма-ленинизма, не понимают смысла диалектического материализма, да и вообще многих основополагающих    моментов. КПРФ уже почти полностью отошла от своей идеологии. Думаю, что партийная система в России пока далеко не идеальна. Но задача партии как раз и состоит в том, чтобы стать реальной политической силой. Предпосылки для этого есть как у «Единой России», так и у ЛДПР и даже КПРФ. Думаю, что именно эти партии, определившись со своей идеологией и местом в партийной системе, должны стать ее прочной и эффективной основой.

- Зрелость партии определяется же не только наличием идеологии...

- Тогда другой пример. Кто из называющих себя сегодня коммунистами, особенно среди молодежи, что-нибудь произвел в своей жизни? Кто из них реально отработал на производстве?   Разве   могут они тогда вообще вести речь о своей способности что-либо сделать или организовать! И когда мы начинаем говорить о том же патриотическом воспитании, то кто им мешает, к примеру, организовывать   уроки   мужества, спортивные мероприятия? На это же не надо денег. Вместо этого они используют псевдокоммунистическую   риторику, чтобы вводить людей в заблуждение. Когда у меня были встречи с избирателями, я наблюдал интересную картину. Выходит какой-нибудь 65-летний мужик и начинает рассказывать о недостатках действующей власти, что разворовали и развалили всю страну, вспоминает, как хорошо было в Советском Союзе. Когда я ему говорю, что на момент развала СССР он работал на предприятии, а мне было тогда 24 года и я служил замполитом батальона, то кто из нас двоих должен нести ответственность за развал страны? Зрелые на тот момент люди, находившиеся у власти, или я, мальчишка, вернувшийся домой в шинели с двумя чемоданами? Об этом почему-то сегодня забывается или попросту умалчивается. Ответственность за развал страны лежит не на мне и не на моем поколении, а на коммунистах, которые все это сотворили! Я уже не говорю о других партиях.

- В последнее время все чаще упоминается о том, что «Справедливая Россия» может войти в состав «Единой России» в виде ее социального крыла. Как вы оцениваете такую перспективу?

- Вообще, мне сложно назвать их последователями социализма. Особенно с учетом того, кто является идеологами этой партии, та же Людмила Нарусова с Ксюшей Собчак, миллиардер Лебедев, на местном уровне - Виктор Тархов. Даже Сергея Арсентьева я с трудом себе представляю на баррикадах, равно как и не вижу социалистом мясопереработчика Родионова. Поэтому процесс слияния двух политических сил мне сложно представить,   особенно если эсеры будут отвечать за социальное направление. Для меня это выглядит странным.

- На днях Владимир Артяков заявил о расширении состава регионального   политсовета   «Единой России». Кого партия туда будет вводить и зачем вообще нужен столь многочисленный политсовет?

- Когда в реготделении состояло 20 тысяч человек - это был один политсовет, когда численность выросла до 30 тысяч - это уже совсем другая ситуация. Возрастает и количество задач, которые ставит перед нами высшее руководство, что и обусловливает расширение состава политсовета. Я считаю, что при такой численности, как у нас, политсовет не может быть меньше, чем 100 человек. Конечно, у нас есть такие люди, в том числе и в президиуме, которые не принимают активного участия в жизни партии. Я пока не берусь назвать эти фамилии, но на ближайшей конференции это будет сделано. Наверное, такие люди нам в политсовете не совсем нужны, поэтому мы будем от них освобождаться, а на их место брать дееспособных, заинтересованных в партийной работе людей. Тот же Олег Сайтов благодаря своему авторитету у молодежи смог убедить ее голосовать не за ЛДПР, а за ЕР. После каждой его встречи с молодыми избирателями у нас появлялись десятки сторонников из их числа. Такие люди в партии для нас очень важны.

- Это не приведет к перестановкам в составе руководства реготделения ЕР в обозримом будущем?

- Оснований для каких-либо изменений в руководстве реготделения партии я пока не вижу. С моей точки зрения, какие-либо перестановки сейчас были бы необоснованными. Пока мне ничего не известно об этом. Вместе с тем понятно, что де-факто лидер у нас губернатор. Успехом ЕР на выборах во многом мы обязаны Владимиру Артякову и тому, что он уже успел сделать. Поэтому вполне логично, что он будет усиливать свое влияние и присутствие в партии.

-   На ваш взгляд, какая нас ожидает кампания по выборам президента России? Насколько альтернативные Дмитрию Медведеву кандидатуры смогут осложнить предвыборную борьбу для ЕР?

- У нас очень здравомыслящая область, наши люди за прошедшее время уже успели получить большой политический опыт. Поэтому я уверен, что здравомыслия самарских избирателей хватит для того, чтобы победил тот кандидат, который выставляется в том числе и «Единой Россией».

Что касается сложности кампании, то спокойным быть ни на одних выборах нельзя. Работа предстоит серьезная. Я думаю, что наши оппоненты с левого фланга не будут скупиться на маргинальные лозунги. К ним, я думаю, перейдут все противники действующей власти, в том числе и «правые». Поэтому расслабляться нельзя. Хотя я и не сомневаюсь, что самарский народ окажет доверие Дмитрию Медведеву, нам бы хотелось, чтобы мы на этих выборах достойно выглядели наряду с другими регионами.

- Губернатор уже успел заявить о готовности работать совместно с администрацией Самары на благо города. Как вы думаете, закончится ли затянувшееся противостояние между областными и городскими властями, смогут ли Артяков и Тархов работать сообща?

- Дело в том, что Виктор Тархов - человек достаточно сложный и зачастую непоследовательный и непредсказуемый, это и осложняет процесс взаимодействия. Конечно, нужна согласованная позиция областных и городских властей, и это сегодня все признают. Думаю, что предстоящая президентская кампания, где ЕР и СР выступают вместе, по крайней мере поддерживают одного кандидата, должна показать, насколько конструктивные отношения мы сможем выстроить, сможем ли мы выступать общим фронтом. И, наверное, от этого в будущем будет зависеть политическая стабильность всех остальных отношений между городом и областью.

- Вы сегодня принимаете активное участие не только в политической жизни региона, но и в экономической. Самарская шоколадная компания на днях выиграла конкурс по поставке детских новогодних подарков. Ряд экспертов уже успели сообщить, что это обусловлено вашими связями как в партийной сфере, так и в областном правительстве. Повлиял ли «административный ресурс» на результаты конкурса?

- СШК уже в пятый раз выигрывает этот конкурс. Причем выигрывала даже тогда, когда меня не было в составе акционеров, когда я не был руководителем регионального исполкома ЕР. На самом деле с момента назначения на должность руководителя исполкома реготделения партии я не занимаюсь управлением своим бизнесом. Кстати, в прошлом году мы победили как на областном тендере, так и на городском. На этот раз в городе конкурс мы не выиграли, но часть подарка участника-победителя городских торгов состоит из продукции СШК. Конфеты, которые будут поставляться в качестве подарков в этом году, - это единственная шоколадная продукция, производимая сегодня в Самаре. Те подарки, которые на конкурсе предлагали конкурирующие компании, произведены в других регионах. Под брэндом «Россия» на самом деле производят шоколад в Перми и Барнауле. Хотя конфеты и называются «Куйбышевские», но делаются они в другом месте.

- Тогда почему ваша компания,   которая   находится в Самаре и тратит меньше всего средств на доставку продукции, предложила самую   высокую   цену госконтракта?

- Хороший товар по определению не может быть дешевым. Здесь та же ситуация, что и с машинами. Можно купить китайский автомобиль, а можно «Мерседес». Понятно, что немецкая машина будет дороже, хотя скорость оба авто могут развивать одинаковую и ездить на равные расстояния. Тем не менее вы предпочтете, скорее всего, «Мерседес». Кстати, два года назад мы не смогли выиграть конкурс по поставке детских новогодних подарков. В итоге предприятие-победитель     поставило продукцию, которая не являлась на самом деле шоколадной. Конфеты были просроченные, сделанные из заменителя. При этом, естественно, они были дешевле, чем наши. Мне приятно, что в этом году наши дети получат в подарок конфеты,   которые   произведены в Самаре. Правда, те наборы, которые они получат, еще не формировались. СШК только еще приступает к производству конфет для новогодних подарков. Так что победили мы вполне заслуженно.

-   Насколько - сегодня в Самаре развит рынок шоколадной продукции? Как в целом оцениваете перспективы этого бизнеса?

-    Конкуренция   в   области производства конфет, шоколада   сейчас   высочайшая. Главный игрок, конечно же, фабрика «Россия», мы компания все же поменьше, хотя и не самая мелкая. Сегодня важно продать вкусную качественную конфету, но ее еще надо суметь продать. И это очень сложная задача. Зачастую в разноцветный фантик фасуют конфеты, которые даже небезопасны для здоровья. Одно время серьезный удар по российским производителям шоколадных конфет нанесли украинские кондитерские фабрики, которые поставляли продукцию из низкосортного сырья. При этом она была дешевая. К счастью, люди сегодня начали жить лучше, чем раньше, поэтому они стали обращать внимание на производителя, на состав продукта, на цену. Покупатель уже осознал, что не всегда дешевый товар вкусный и полезный. Требования к продукту со стороны покупателей становятся выше. Мы видим, что наши конфеты востребованы, люди могут позволить себе их покупать.

- Сейчас на федеральном уровне активно продвигается идея о том, что политикой должны заниматься политики, а бизнесом - бизнесмены. Вы на сегодняшний день совмещаете и то, и другое. Что для вас все-таки важнее: бизнес или политика?

- Бизнесом я занимался до тех пор, пока не был назначен руководителем исполкома партии. Это было для меня способом выживания. Но сегодня я полностью отошел от оперативного управления своим бизнесом. Конечно, в выходной день я могу встретиться со своими партнерами, обсудить какие-то дела и проблемы, но это не основная моя работа. К тому же я не нахожусь на госслужбе, и закон позволяет мне быть акционером компании. То, чем я занимаюсь сейчас, мне интересно. А мое образование в какой-то степени связано с политикой. Невозможно одновременно руководить бизнесом и партийными делами. Текущая работа в исполкоме партии требует максимальной отдачи, поэтому просто физически нет возможности еще и уделять столько времени производству.

Для меня очень важно другое: действующий бизнес - это возможность заниматься благотворительной деятельностью, реализовывать социально значимые проекты. Для этого не жалко ни сил, ни времени.