Мы публикуем интервью с Петром Старцевым, председателем творческого объединения «Самарские барды» - оппонентом клуба имени Грушина.- Петр Николаевич, говорят, что есть вероятность объединения двух Грушинских фестивалей.
- В конфликтной ситуации всегда нужно искать компромисс. Но этого клуб имени Грушина не хочет делать. На самом деле мы, ТО «Самарские барды», чувствуем себя нормально, не занимаемся суетой, спокойно готовимся к фестивалю, в отличии от Грушинского клуба, который опять судится. Наверное, это их отвлекает от процесса творчества, если там вообще оно осталось.
Георгий Гречко, побывав летом на двух фестивалях и проанализировав все (он все-таки дважды герой Советского Союза, космонавт и умеет это делать), сказал: «Ребята, ищите шаги к объединению, иначе я к вам не приеду».
Для объединения мы кратко озвучили первые шаги.
Первое - это собрание всех заинтересованных сторон, чего категорически не хочет ни местный клуб имени Грушина, ни его московский фонд.
Второе - отзывы из судов всех исков, что вполне понятно.
И третье - восстановление в правах Исая Львовича Фишгойта, родоначальника фестиваля.
Плюс к этому заключение договора, гарантом которого станет губернатор.
По-моему, это нормальные условия. Но они были отвергнуты. В сухом остатке позиция Грушинского клуба такова: «Засудим всех».
Одним словом, все продолжается также как раньше. Мы откликнулись на просьбу Георгия Гречко попробовать примириться с клубом имени Грушина, но, к сожалению, получили отрицательный ответ.
- Но ведь Грушинский клуб состоит не из одного Кейльмана, который не хочет идти на мировую. Неужели там нет людей, которые хотели бы этого объединения?
- Осталось дело за малым - чтобы это большое количество людей собралось и задумалось о том, что происходит. Мы ожидаем этого. Ведь многие известные люди призывали нас к этому, теперь уже и Гречко. Кто следующий?
Кстати, Грушинский клуб обвинил Гречко в субъективности.
- А что принципиально мешает объединению?
- Однажды Борис Кейльман сказал, что в Самаре бардов нет. Мы же этот тезис опровергли, поскольку в нашем объединении на данный момент порядка двухсот членов. Это гораздо больше, чем у клуба имени Грушина. Во-вторых, клуб имени Грушина категорически не хочет работать с компанией «Мета», хотя когда-то совместно с ней открывали фирмы. В-третьих, Кейльман не хочет у себя в клубе видеть Михаила Грушина, хотя вместе с ним организовывал в Москве фонд имени Валерия Грушина. Я понимаю, что бывают единичные случаи несогласия с происходящим, но когда кругом все враги... Я говорил им: «Ребята, посмотрите в зеркало, может, там увидите своего главного врага...». Мы не враги Грушинскому клубу. А «они сидят в окопе и отстреливаются».
А самое главное, что мы не делим творческую программу. Я говорил приглашенным гостям на фестиваль: «Ребята, если захотите, съездите на Федоровские Луга». В том году и сами «федоровские» к нам приезжали. Мы, творческие люди, живем нормально. А чего хочет Кейльман, я не знаю, но мне ясно только одно, что ни о каком творчестве речи там не идет. А для нас это определяющее.
- Ну, как раз вас-то и обвиняют в том, что вы вместе с «Метой» преследуете сплошь коммерческие цели.
- Мы? Интересно... Борис ведь всегда жаловался, что фестиваль убыточное дело. Так простите меня, о какой прибыли он говорит? Мы не заработали на этом фестивале ничего, мы сделали его для души. Как таковой коммерческой цели мы не преследуем. Если, конечно, что-то останется самарским бардам (у нас же еще большая зимняя программа), то мы не откажемся от дохода, пустим эти деньги на развитие. Но пока об этом можно только мечтать.
.jpg)