Как строится политическая система сегодня и какой может оказаться судьба основных ее участников завтра? Чего ждать жителям России от нового президента? Почему в информационном пространстве становится все меньше разных точек зрения? На эти и другие вопросы в интервью «Самарской Газете» ответил политолог Андрей Колядин.


- Правила игры в политике Самарской области сильно изменились не только с приходом нового губернатора, но и в целом под влиянием общефедеральных тенденций. Что теперь их определяет?

- Система - вот теперь стратегическое слово не только для Самарской области, но и для других регионов. Регион становится ячейкой общей государственности и не может выделяться в стратегии управления ничем ярким, выдающимся, исключительно своим. Если каждый регион пойдет кто в лес, кто по дрова, управлять такой страной будет непросто.

Такие системы самые долгоиграющие с точки зрения их потенциальной смены. Говорят, что демократия - самая надежная управленческая модель. Но она надежна, когда вокруг бушуют непрекращающиеся кризисы. Сегодня, когда развитие экономики в стране более-менее стабильно, централизация власти оказывается эффективнее, хотя и менее приятна для личности.

- Какие сейчас задачи стоят перед теперь окончательно отстроенной системой?

- Я думаю, эта система должна превратить страну из сырьевой в технологическую. Потому что если этого не произойдет, любые потрясения на рынке сырья приведут страну к жесточайшему кризису. Кроме того, я думаю, не случайно выстраивается система централизованного управления. Это делается не из страха какого-либо чиновника, что кто-то более умный придет на его место, а из-за того, что многие управленческие решения уже гибли на начальных же этапах. Слишком большую роль играли интересы региональных лидеров. Каждый губернатор мог, исходя из собственных воззрений, принять или не принять доктрину центра. Как, например, было в конце 1990-х, когда на предложение президента подписать союзный договор откликнулась только половина регионов. А о каком управлении страной можно говорить при таком раскладе!

- И руководители того или иного органа власти должны сегодня соответствовать... Чему?

- Если раньше во многом политика создавалась персонами, личностями, то в нынешних условиях на первых постах не так востребованы яркие, харизматичные личности, напротив, нужны спокойные, встраиваемые в систему менеджеры. Если же руководитель не встраивается во внутреннюю систему соподчиненности, очень заметен, то он попадает в своеобразное прокрустово ложе, где его делают таким, как нужно.

Кстати, это проблема многих мэров. Я недавно работал в Рязани. Глава города - волк-одиночка, решающий проблемы сам и ни на кого из областного окружения не опирающийся. Против него в течение нескольких лет ведется жесткая борьба местных финансово-промышленных групп - многочисленные заказные публикации в СМИ рисуют его в крайне неприглядном виде. На вопрос, почему он не отвечает своим оппонентам, не формирует благоприятное информационное поле, глава ответил: «Собака лает, ветер уносит. Зато я занимаюсь благоустройством города».

Сегодня этого мало. Система служит своеобразной защитой для чиновника. С человеком, каким бы он ни был харизматичным, можно сражаться и воевать. Победить систему значительно сложнее.

С другой стороны, без ярких персон все равно не обойтись. Ведь все самые выдающиеся открытия совершали именно личности.

- А недавно избранный президент Дмитрий Медведев - харизматичный политик?

- Мне кажется, пока рано давать оценки, надо дать ему поработать… На протяжении всей кампании он тесно ассоциировался с Владимиром Путиным. И именно харизма Путина была основной движущей силой выборов нового президента. Но вспомните, и Путина в начале его президентства воспринимали неоднозначно. Считали его несамостоятельным, непубличным. Прошло несколько лет, и персона Президента России оттеснила с политического небосклона всех признанных харизматиков. Так что Медведева оценивать рано.

Сейчас формируется совершенно иной управленческий пласт. Все говорят, что над Медведевым будет превалировать Путин, но тут тоже надо исходить хотя бы из психологических чувств человека. Сейчас Медведев приходит на место Путина и понятно, что сразу не может быть абсолютно самостоятельным. Но власть меняет людей, она заставляет брать ответственность за страну. Уйти от этой ответственности нельзя. А человек, привыкающий отвечать за свое слово, за дело, за шаги своей команды, вынужден становиться харизматической фигурой. С другой стороны, политологи активно обсуждают варианты, что Медведев через какое-то время уйдет и вернется Путин.

Но поймите - это обычные прогнозы и предположения переходного периода. Все предугадать невозможно никогда. И на каждом повороте государственного управления страной будут возникать сотни моделей дальнейшего развития России.

- Для чего государству сегодня нужно приближать к себе промышленные предприятия? Со сменой губернатора Самарской области распахнулись двери и для прихода крупных московских корпораций, и бизнеса общероссийского значения…

- Приход москвичей - общая тенденция во всей стране. Хотя москвичи - это тоже относительное понятие. Да, в столице сосредоточены основные капиталы. Но реальная ситуация такова, что управляют денежными потоками на самом деле тверские, рязанские, самарские люди, которые находятся в Москве и которые инвестируют деньги в развитие бизнеса. Поэтому в местный бизнес приходят не москвичи, а капиталы. Сегодня капиталы в Москве - вот мы и говорим об экспансии столицы. Если будут открыты границы для иностранных капиталов - начнется экспансия Вашингтона, Берлина или Лондона.

В самом деле, это не так уж и плохо. Для реализации проектов строятся заводы, создаются новые рабочие места, возникает сопутствующий бизнес. Растут зарплаты, потому что они начинают подтягиваться под уровень тех городов и стран, откуда инвестиции приходят. Требуются высокопрофессиональные кадры - значит, начинает создаваться система образования. Это полезно для огромного числа людей. Но вот для самарского человека, который решил стать Абрамовичем, это вредно, потому что ему придется значительно сложнее.

Считается, что все решают финансовые потоки. Но на самом деле в основе развития любого государства лежат не деньги, а убежденность любого человека, что государство думает о нем. Тогда в нем хочется жить. Если десять лет назад 70% общества зависело от государства, субсидий, льгот и так далее, то в настоящий момент все меньше людей нуждаются в патронаже государства. Соответственно, чем может быть интересен обычному гражданину чиновник или госслужащий, если человек сам зарабатывает себе на хлеб и не ждет никаких субсидий и субвенций? Как бы ни ругали «идеологию», но без нее не обойтись…

- А что остается местному бизнесу? Какие рычаги влияния сохраняются в его руках?

- Создать сейчас местечковую финансово-промышленную группу практически невозможно, да и удержать существующую тоже. Пока в области не было системных игроков, местные ФПГ могли инвестировать свои ресурсы в политику и получать с этого экономические дивиденды. А в настоящий момент возможности такого системного влияния у них уже нет. К примеру, те же избирательные комиссии сегодня, так или иначе, замыкаются на более серьезных игроков, контролируются тем же губернатором. Вокруг его фигуры рано или поздно начнет формироваться и бизнес-пул. И пока этот пул не начнет стремительное расширение, у местного бизнеса сохранятся нормальные возможности для существования. В дальнейшем все зависит от того, в какую сторону будут расширять свое влияние новые бизнес-игроки. Если произойдет пересечение интересов старых ФПГ и новых, то шансы у прежнего бизнеса невысоки. Это не значит, что все обречены. Нельзя завезти из Москвы всех бизнесменов и менеджеров и разом поменять весь самарский бомонд. Да и никто не собирается этого делать. Я говорю прежде всего о тех ФПГ, которые диктовали политическую моду в регионе. Кутюрье сменился. Показы мод будут проводить другие.

- Сейчас околополитическая тусовка буквально нашпигована самыми разнообразными слухами... Разносят их СМИ. Как вы оцениваете информационное пространство Самарской области?

- В региональных СМИ сейчас, к сожалению, идет процесс унификации. Но надо понимать, что если создать 20 каналов информации, и все они будут рассказывать одно и то же, условно говоря, о неком товарище Иванове и немного о погоде, через некоторое время эта система перестанет влиять на массы. Потому что человек смотрит то, что ему интересно. Он будет смотреть погоду, но не будет смотреть товарища Иванова. В крайнем случае, он выберет один канал из 20 и будет смотреть его, либо начнет искать другие источники информации, трактующие все по-другому. Ведь находили же мы в свое время какой-то самиздат, какие-то далекие «голоса америк», чтобы узнать, что творится в нашей стране. Поэтому унификация системы управления - это может быть нормальным позитивным процессом, а вот приведение в общую систему подачи информации в СМИ приводит к тому, что каналы, газеты, радиопрограммы становятся похожи друг на друга, как матрешки.

Но это не мешает создавать встраиваемые в систему информационные пулы. Я не вижу в этом процессе ничего страшного, если он касается финансовой помощи СМИ, без глубокого вмешательства во внутренние дела издания и его информационную политику. Если же во всех изданиях «труженики Самары стройными рядами замаршируют к светлым идеалам капитализма», то это будет беда. Ничего не имею против придворного искусства и придворных СМИ. Сам с удовольствием смотрю в музеях портреты королей и вельмож, написанные великими художниками. Но в одном случае - если есть параллельно свободное искусство и свободные СМИ, которые отражают взгляд свободного человека на происходящее вокруг.

Одна из трагедий власти в том, что информационное поле и гражданское общество в России не рассматриваются как субъекты, с которыми надо работать. Гражданское общество невозможно создать. Оно формируется вне зависимости от желания власти, объединяя тысячи людей, которые хотят участвовать в жизни государства, социально активны и политически ориентированны. Если с ними не работает власть - с ними начинает работать кто-то другой. Помните 90-е, когда гражданское общество было почти забыто? Появилось большое количество импортных фондов, которые вкладывали немалые денежные ресурсы в НКО России и бывших союзных республик. В итоге по границам нашей страны прокатилась волна цветных революций. Что сделало государство? - запретило фонды. А что взамен? Общественная палата? Только в Самарской области более трех тысяч организаций НКО. Они объединяют десятки тысяч социально активных людей. С ними надо работать. Их надо привлекать к сотрудничеству с властью. Если этого не делать, то любой кризис приведет к сотням митингов под окнами тех самых чиновников, которые сейчас недооценивают данную проблему…

- Что бы вы пожелали читателям «Самарской Газеты»?

- Я бы пожелал, чтобы мир, который все больше становится однополюсным, для них оставался многополюсным. Да и человек сам может сделать свой мир - мы тоже это делали в свое время, слушали «Голос Америки», находили и читали перепечатанные книги, находившиеся под запретом. И я хотел бы пожелать, чтобы эти времена уже никогда не возвратились, чтобы всегда был выбор. Выбор, который позволял бы существовать и персонам, не вписывающимся в систему. И второе - чтобы их голос был услышан, ведь не учитывать мнение гражданского общества - чревато.


Подготовила Дарья Малеева, «Самарская газета».