Каждое утро наш двор оглашается воплем: «Богаевская! Бессовестная! Совсем стыд потеряла!» Честное слово, в этот момент мне так стыдно, как будто это я на глазах всего двора, задрав юбку, расположилась под кустом.
Под кустом расположилась моя собака. И не важно, что эта тетка в нашем дворе пришлая, и волнует ее не моя Полинка (в нашем доме десятка два собак и все пристраиваются на этом же газоне), ее волнует то, что я «Богаевская» и «выступаю по телевизору».
Важно то, что тетка - права. Потому что это полное безобразие, когда собаки гадят на газонах.
Раз в месяц я пристаю к председателю нашего ТСЖ: «Сережа, Бога ради, выгороди нам площадку. Я поговорю со всеми собачниками. Мы будем платить уборщице. Ну это же какая-то собачья жизнь получается!»
-Да ладно тебе, не обращай внимания,- отмахивается Серега.
Его можно понять. У него идет замена труб.
…В Самаре обожают собак. Это я ответственно заявляю. Мы идем по улице, уворачиваясь от детей, которые суют ей в нос мороженое и бесстрашно лезут почесать уши. Взрослые, чуть ли не каждый второй, сочувствуют: «Бедняжка, как же ей в такой шубе жарко!»
Жарко… Навстречу - чау-чау, измазанная в зеленке.
- Что с вами такое?
- Жара, чешется.
- В речке купаете?
- Издеваетесь?
Разговор - на Первомайском спуске. Волга - рукой подать. Но пляжи для нас закрыты. В прошлом году, отчаявшись, повела собаку на Самарку. Результат - порезанная до кости собачья лапа. И все равно, даже если люди ведут себя как поросята, копошатся в грязи и бьют бутылки, купать собаку вместе с людьми - это форменное свинство.
Собачьи пляжи есть в Москве. Они есть в Ростове и даже в Новосибирске. Их нет и никогда уже, видимо, не будет в Самаре. Только на учете в самарских клубах стоит 6 тысяч собак элитных пород. И, по моим прикидкам, их еще пять раз по столько не элитных, но горячо любимых, в пушистых шубах, умирающих от жары.
Бесполезно умолять: «Пожалуйста, выгородите для нас площадку, мы будем платить… Ведь невыносимо смотреть, как собаки мучаются!» Власти можно понять. У них нет сил, чтобы облагородить даже людские дикие пляжи.
… В тени - 34 градуса. Мы с Полинкой чапаем из ветлечебницы. Ей очень плохо. Завтра - операция. Тащить ее на руках я не могу: в барышне 40 килограммов. Такси отказались принять заказ. В маршрутках с собаками ездить запрещено. А муниципальный транспорт давно «забил» на график движения… Мы идем тихонечко - тихонечко. Я реву и думаю, что завтра, перед операцией, когда я выведу свою колюху гулять, и из окна раздастся зычное: «Богаевская! Совсем обнаглела!» - я отвечу… Я, наконец, спокойно отвечу. Как отвечают все собачники Самары: « Да пошла ты…»
Н. Богаевская.





