- Вадим Владимирович, после раскола Вы на протяжении трех лет не принимали участия в фестивалях. Что побудило вас снять это табу?- Когда стало две Груши, я сам для себя определил, что пока не будет объединенного фестиваля, принимать участия ни в одном из них я не буду, так как не мог понять ни одну из сторон и, соответственно, принять чью-то сторону. Сейчас тоже мало что изменилось, просто в этом году мне позвонил Саша Исаев и пригласил на Мастрюки - я согласился. Но это не означает, что я принимаю эту сторону - нет. Через месяц после этого звонка на Федоровские меня пригласил Борис Кельман, но я отказал, лишь потому что обещал уже быть на Мастрюках, не более.
- Что-то изменилось за три года, пока Вас здесь не было?
- Во-первых, для меня сам факт приезда сюда уже ценен, ведь с этой поляной у меня связано очень много приятных воспоминаний. Если говорить о самом фестивале, то он конечно же изменился. Я считаю, что в нашем жанре нельзя уходить в замшелость, на чем-то останавливаться и отвергать все новое, поэтому мне приятно настоящее разнообразие сцен. Но здесь главное, чтобы одно не поглотило другое. В то же время ложку дегтя в мое восприятие фестиваля внес концерт на Горе, когда исполнителей явно не воспринимала публика, но они этого не видели, или не хотели видеть и продолжали читать стихи, петь песни. Это какое-то неуважение зрителя. Поэтому я чувствую эту новую волну, чувствую, что все продолжается, но при этом понимаю также, что из-за этого что-то теряется.
- А сами Вы сейчас пишите песни?
- Иногда бывает, но уже реже. Знаете, как говорят: поэзия - прерогатива юности. Вот и я, когда был помоложе, писал в основном от своих эмоций, переживаний, а сейчас, как у Пушкина: «лета к суровой прозе клонят…» Поэтому сейчас пишу в основном стихи и реже - песни. Порой мой внутренний голос не позволяет сделать из стихотворения песню - я начинаю ловить себя на мысли, что повторяю самого себя, поэтому и оставляю все в прозе.
- Приедете в следующем году?
- На этот вопрос не могу точно ответить. Не знаю. Считаю, что проводить два фестиваля в одно время - это беда. Поэтому очень хочу объединения фестивалей, но боюсь, что это маловероятно.
Беседовала Елена Федорова
