Александр поделился своими впечатлениями от 36-го Грушинского фестиваля, проходившим на Федоровских лугах:
- Мне фестиваль показался спокойным. Сейчас идет уже третий год после разделения Грушинского на две фестивальные площадки, и мне кажется, что 2009 год в этом плане показательный: все понемногу успокоились, оба фестиваля начинают приобретать свое лицо. Если говорить о фестивале на Федоровских лугах, то у меня складывается ощущение, что он будет достаточно многочисленным по количеству гостей, но при этом достаточно спокойным. С каждым годом сюда приезжает все больше и больше семей с детьми. Если фестиваль на Федоровских лугах приобретет статус семейного фестиваля, то я был бы этому только рад.
В этом году я практически не вижу охраны на фестивальной площадке. При этом я понимаю, что она есть - время от времени люди в форме появляются, но в то же время она не маячит перед глазами. Это мне тоже нравится.
- Вы говорите о лицах фестивалей... Что Вы можете сказать о лице Мастрюков?
- Я там был только на Метафесте. Это немного другое. Поэтому ничего хорошего или плохого я сказать не могу. Но на Мастрюковские озера поехало много моих друзей, буду ждать их приезда - очень интересно, что они расскажут.
- Кого из молодых бардов, что выступают сегодня, Вы можете выделить?
- Сложный вопрос. Мы еще не привыкли к таким - обычно нас причисляют к молодым бардам (смеется). Мне понравились сегодняшние конкурсы, но я, к сожалению, не запоминаю фамилий участников. Обещаю, что в следующий раз выпишу их себе на листочек.
Помню, этот вопрос лет пять назад задавали Александру Моисеевичу Городницкому на передаче "Большая стирка". В той съемке принимала участие и Галя Хомчик. Напротив сидел композитор Шурбин... И они спорили на тему - есть ли сегодня авторская песня? И Городницкий, и Хомчик, и Мерзоян, который тоже там был, доказывали, что авторская песня есть, что она продолжает жить. Тогда Шурбин спросил - А кто из молодых сейчас работает в этом направлении? Наступила тишина, так как никто не смог вспомнить ни одного имени.
Прошло несколько лет с тех пор. Все изменилось - теперь мы знаем много интересных имен молодых исполнителей: Никита Дорофеев, Кира Малыгина и другие.
Мне кажется, что тем ребятам, что сейчас выходят на сцену, значительно проще, чем было нам в свое время. Сейчас жанровый барьер значительно размыт. В каком-то смысле, он размыт благодаря нам. Мне нравится, что сейчас не идет жанровое или тематическое разделение на фестивале - эта палатка наша, а эта ваша...
Мне кажется, что сегодня оценка конкурсантов идет еще по одному критерию. Об этом никто не говорит, но это чувствуется... Это критерий интеллигентности, культурности исполнителя. И это хорошо, поскольку хочется, чтобы в нашем направлении собиралось все самое культурное, доброе, светлое - все то, что не востребовано в других жанрах, поскольку там другая публика. Это же авторская песня, в которой должна быть определенная интонация, искренность, культура. Каким бы ты ни был профессионалом, ты должен быть в первую очередь искренним, ведь если профессионализм становится вперед того, что ты хочешь сказать, это сразу бросается в глаза.
Меня сегодня поразило выступление одной конкурсантки по фамилии Шмалько. Это была немолодая полноватая женщина низенького роста, которая пела пронзительные песни о любви, которые никак ни вязались с ее внешним образом. Она затрагивала в своих песнях какие-то интимные вещи... То, что, скажем, в театре ей никогда бы не дали сыграть, так как есть такое понятие, как несоответствие внутреннего образа внешнему. Это, кстати, трагедия многих актеров.
И жюри сидело сначала, как бы не слушая ее, но к концу выступления все были просто очарованны, так как она не пела, а молилась. Может быть, у нее не было драйва, не было того профессионализма, что присуще многим известным бардам, но она молилась, а многие не умеют этого делать.
И вот попробуйте привести эту женщину в любой другой жанр - ее даже и слушать не начнут... Значит, не смотря на то, что все мы поем разные песни - я пою одни, Галя Хомчик другие, Наташа Кучер третьи - все мы почувствовали молитву этой женщины. Все поют разные песни, но ценится при этом одно.
- Можно говорить при этом о какой-то общей цели?
- Цель фестиваля вообще - это общение. Те молодые ребята, что приезжают сюда с мыслью "побеждать" фестиваль, на мой взгляд, сильно ошибаются. Они даже себя обманывают. Прежде всего, люди приезжают сюда чтобы послушать - что еще есть кроме них самих. Когда человек пишет стихи или поет, вокруг него всегда есть круг людей, которые говорят ему: "Ты молодец!" или "Фу, что за ерунда" - это одно. Но когда он приезжает на фестиваль, куда съезжаются авторы со всей страны, он может посмотреть, сравнить и понять на каком уровне он сейчас находится. Каждый автор, конечно, сам себе режиссер, судья и так далее, но конкурс очень часто подсказывает тебе нужное направление.
Фестиваль устраивается для того, чтобы люди друг друга услышали - услышали, что есть вокруг, а не для того, чтобы определить - кто лучше, а кто хуже.
Беседовала Наталья Быкова
